[ Владимир Семёнович Высоцкий ]





предыдущая главасодержаниеследующая глава

"И живое стало историей" (Алесь Адамович)

Пел, как кричал? Потому что что-то в нем кричало. Хриплый голос? А может, охрип - так старался, чтобы услышали.

Если ты работал над книгами народной памяти и они стоят перед глазами - те люди, которых ты записывал, звучат их голоса, - ты и Высоцкого будешь воспринимать по-своему. И его песни как крик памяти народной.

А что, разве вот это: "Кто сказал, все сгорело дотла..." или "Протопи ты мне баньку по-белому..." - не полный боли голос народной памяти?

Помните, у писателя Виталия Семина - о молодом парне, вчерашнем школьнике, что вернулся из гитлеровского концлагеря: "Кричал я, наверное, дня два... Мать глядела со страхом. Потом позвала мою двоюродную сестру... Они с матерью долго слушали меня, потом Аня сказала так, как будто меня не было в комнате:

- Они все теперь кричат. Перекричит и будет нормальным парнем. Постарше Сергея паренек вернулся у наших соседей, дня четыре кричал, потом отпустило..."

Потом не кричали и даже рассказывать перестали, хоть память саднила. И вдруг - голос, песни Владимира Высоцкого. За нас за всех - крик. Так удивительно ли, что народ (не одно, не только молодое поколение) признал своим и Высоцкого, и голос его? Да как еще признал!

Володя и Марина Влади приехали к нам в киногруппу "Сыновья уходят в бой" (1969 г.). Снимали мы фильм на Новогрудчине. Песни для фильмов Виктора Турова Высоцкий начал писать давно - "Я родом из детства", "Война под крышами". Помню, как года за два-три до новогрудских встреч приезжал Высоцкий в Минск, даже снимался в нашем первом фильме "Война под крышами", но потом его "вырезали" (те, кто и все кино "резали без ножа", ибо лучше, чем художники и чем сам народ, знали, "что нужно народу").

Песни же были озвучены "профессиональным" голосом.

И вот теперь он приехал в нашу киногруппу с Мариной, для которой Новогрудчина - таинственная родина ее отца. Через неделю она нас с Виктором Туровым упрашивала:

- Ну уговорите не уезжать Володю!..

Время от времени они появлялись у нас в "партизанском лагере" - молодые, счастливые друг другом и каждый талантом другого.

Сохранились и кадры узкопленочного любительского фильма. Да только немые. А в это же время "партизанский лес" гремел песнями Высоцкого. Их не только слышишь, а как бы видишь: с набухшими - вот-вот порвутся - венами на шее, покрасневшими от напряжения глазами... А сам Высоцкий стоит тут же, разговаривает, усмехается - по-юношески светлый, дружелюбный. Голос неожиданно тихий. Больше слушает, чем говорит. Привозил ли он их нам готовыми (песни к первому и ко второму фильмам - "Аисты", "У нас вчера с позавчера шла спокойная игра", "В темноте", "Он не вернулся из боя", "Песня о земле", "Сыновья уходят в бой") или, может, сочинял тут же на месте? Я так и не могу сказать точно.

Вот они все (кроме одной)- на пластинках, что выпущены в свет под общим названием "Сыновья уходят в бой".

Действительно, мы не успели оглянуться... И живое стало историей. Как говорится в одном не очень веселом рассказе Антона Павловича Чехова: "Как же быстро оно все делается!.."

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2017
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://v-s-visotsky.ru/ "V-S-Visotsky.ru: Владимир Семёнович Высоцкий"